На МАКСе представлен навигационный картографический планшет 3D

Чем удивило Московское конструкторское бюро "Компас" гостей и участников МАКС-2013, почему западные страны проявляют большой интерес к навигационно-связному оборудованию на основе ГЛОНАСС и какими новинками в области робототехники МКБ "Компас" порадует в ближайшие годы, "Голосу России" рассказал его главный конструктор Геннадий Карюкин

 

© Фото: РИА Новости/mkb-kompas.ru

  • © Фото: РИА Новости/mkb-kompas.ru

Кудрявцев: МКБ "Компас" является одним из заметных участников Международного авиационно-космического салона МАКС, который проходит в Жуковском. Какие наиболее интересные, новые и перспективные разработки вы представили на салоне?

Карюкин: Наше предприятие в основном специализируется в области создания навигационной аппаратуры (наша история началась именно с этого). На МАКСе мы представили больше десятка образцов навигационно-связной аппаратуры, предназначенной для установки на летательные аппараты, на изделия ракетно-космической техники (ракетоносители, разгонные блоки, космические аппараты), а также для использования в интересах гражданского потребителя (это в первую очередь автомобильный и железнодорожный транспорт, система контроля за передвижением вагонов, контейнеров с решением охранных задач).

Кудрявцев: Ваше предприятие является одним из основных российских разработчиков профессиональной навигационной аппаратуры, особенностью которой является, в частности, то, что она работает с сигналами ГЛОНАСС и GPS. 

Карюкин: Да, это действительно так. Мы с 1980 года приступили к разработке навигационной аппаратуры, работающей по сигналам ГЛОНАСС. Тогда эта система называлась "Ураган". Одновременно, естественно, мы поставили перед собой задачу создать универсальную аппаратуру, которая смогла бы обрабатывать не только сигналы отечественной системы ГЛОНАСС, но и американской системы GPS, или, как ее чаще всего называют, Navstar.

На этом МАКСе я бы выделил одно из изделий, которое мы впервые представили широкой публике, - навигационный планшет, в котором реализованы задачи картографии (притом не только в планарной картографии, но и в 3D), а также решены очень сложные задачи штурманского обеспечения, которые позволяют штурманам и пилотам правильно управлять своими летательными аппаратами.

Второе достоинство этого прибора - он не требует существенной переделки или вторжения в конструкцию летательного аппарата. Может использоваться как переносное индивидуальное средство и устанавливаться на любом летательном аппарате, независимо от решения или разрешения на использование его в составе данного летательного аппарата.

Этот прибор мы номинируем на новый инновационный прибор. В определенной степени надеемся, что, может быть, исполнительные директора МАКСа заметят нашу работу и как-то отметят нас.

Кудрявцев: Главный потребитель вашей продукции - российская военная авиация?

Карюкин: Да, основным потребителем нашей аппаратуры является военная авиация. Для нее мы и разрабатывали всю свою аппаратуру. Но, учитывая, что любая навигационная аппаратура является аппаратурой двойного применения, она может использоваться и на гражданских летательных аппаратах.

Для этого отдельные образцы нашей аппаратуры мы сертифицировали в соответствии с требованием Межгосударственного авиационного комитета (МАК), получили соответствующий сертификат и сейчас занимаемся решением вопроса по возможному размещению нашей аппаратуры на летательных аппаратах гражданского назначения.

Думаю, что в первую очередь это будут вертолеты различного применения, потому что вертолетов в стране изготавливается много. Наиболее вероятный партнер по использованию нашей аппаратуры, конечно, "Вертолеты России". Такую работу мы с ними сейчас проводим.

Кудрявцев: Практически на всех моделях российской военной авиации (самолетах и вертолетах) стоит ваше оборудование, ваши навигационные разработки.

Карюкин: Да. С определенной гордостью я подтверждаю это. Не всегда и не у всех получается создать аппаратуру для летательных аппаратов, обладающих высокими динамическими характеристиками. В силу того, что мы много десятилетий специализируемся именно в области создания аппаратуры для высоко динамичных объектов, на текущий день у нас это получается более удачно, чем у других разработчиков навигационной аппаратуры.

Кудрявцев: Не могли бы вы немного рассказать об истории вашего предприятия? Официально его история исчисляется с 1947 года, но реальная его история началась намного раньше.

Карюкин: У нас два дня рождения. Первый день рождения - в 1918 году, когда одним из декретов тогдашнего правительства было принято решение, что на том месте, где мы сейчас находимся, будет построен радиозавод в первую очередь для создания очень важных элементов (тогда это телеграфы и радиотелеграфы). А большую самостоятельность мы получили в 1947 году.

 

Кудрявцев: Один из самых важных образцов вашей продукции, то, что вы наиболее массово разрабатываете и поставляете во множестве вариантов, - это радиокомпаса. Это так? 

Карюкин: Да. И название нашего предприятия идет именно от компаса. Авиация в те годы не имела никаких средств навигаций, кроме радиокомпасов. Тогда постановлением Совмина СССР и правительства нам было поручено разработать радиокомпас, который можно было бы устанавливать на всех летательных аппаратах как гражданского, так и военного назначения. И мы с этой задачей успешно справились.

Кудрявцев: Особенность вашего предприятия заключается в том, что вы разрабатываете новые образцы техники и производите их. 

Карюкин: Это действительно так. В 2000 году было принято решение создать собственное высокотехнологичное производство. Мы его создание практически полностью завершили. У нас есть собственная площадка в Перово, где используются лучшие образцы станков, линий поверхностного монтажа, то, что делается в нашей стране и за рубежом. Мы гордимся этим производством.

 

Кудрявцев: Разрабатывать и производить под одной крышей, под одним брендом - это более правильная модель, с вашей точки зрения? 

Карюкин: Да, потому что разработки не всегда поступают на предприятия циклично. В периоды отсутствия конкретных разработок (все равно нужно наращивать свой потенциал) производство помогает поддерживать разработчиков, разработчики поддерживают производство новыми образцами изделия, а производство поддерживает разработчиков в периоды, когда по тем или иным причинам пока нет конкретных опытно-конструкторских работ.

 

Кудрявцев: В рамках Международного авиационно-космического салона МАКС, в котором участвует ваше предприятие, зарубежные партнеры проявляют интерес к вашим разработкам, к вашей продукции? 

Карюкин: Да, конечно. В первую очередь это связано с тем, что большинство стран не хотят из соображений безопасности ориентироваться только на одну какую-либо систему, например, GPS, и всегда хотят иметь резерв на тот случай, что если что-то произойдет с GPS. Об этом заявляло американское правительство, что во время военных действий оно может принимать любое решение в этой части. Естественно, эти страны хотят иметь запасную или, скорее всего, альтернативную систему.

Единственной на текущий день альтернативной системой является ГЛОНАСС. Она полностью развернута. Она прекрасно функционирует. Она находится под пристальным патронажем правительства РФ и постоянно развивается. Поэтому они заинтересованы в этом.

На МАКСе уже были проведены переговоры с Индией, Сирией, Египтом, Алжиром, Венесуэлой и рядом других стран, в том числе с Вьетнамом, который сейчас тоже очень активно развивается в части обеспечения своих нужд высокоточной навигационной аппаратурой.

При том они заинтересованы не только в приобретении у нас конкретных образцов аппаратуры, но и в приобретении технологий, а подчас и совместной разработки по отдельным направлениям, по ракетам, где необходимо решить вопрос о создании спутниковой головки наведения, и по многим другим направлениям.

 

Кудрявцев: В прессе была информация о том, что одно из подразделений Европейского аэрокосмического и оборонного концерна (EADS) ведет переговоры о заключении контракта, в котором Московское конструкторское бюро "Компас"тоже будет участвовать. Речь идет о закупке систем целеуказания и визирования целей? 

Карюкин: Да, этот вопрос обсуждается очень активно. Естественно, мы эти переговоры проводим не самостоятельно, а с участием "Рособоронэкспорта", нашего основного экспортера. Разговор идет о том, что многие зарубежные страны заинтересованы в таких системах, которые позволяют решить задачи определения местоположения цели, идентификации этой цели, передачи информации об этой цели для того, чтобы средства поражения, имея эту информацию, могли наиболее эффективно уничтожить цель.

В этой системе у нас очень большая роль. Помимо того, что мы создаем навигационную аппаратуру, мы используем наш собственный канал связи, а также программное обеспечение, позволяющее автоматизировать этот процесс. Мы предлагаем автоматизированную систему управления военных действий на поле боя.

 

Кудрявцев: В последние годы вы большое внимание уделяете разработкам в области робототехники? 

Карюкин: Да, это действительно так. Для эффективной работы робота нужно знать его местоположение, уметь передать информацию об этом точном положении и уметь принять команды для принятия решения. Учитывая, что мы всегда создавали высокоинтеллектуальные системы, можем создать не только радиоуправляемого робота, но и робота, который может работать в автономном режиме.

Эти задачи мы сейчас воплощаем в наших разработках. Надеемся, что в ближайшие год-полтора уже появятся роботы, которые будут помогать решать определенные задачи.

 

Кудрявцев: Какого рода задачи? Что это за роботы?

Карюкин: В первую очередь, конечно, для специального применения: разведка, проделывание соответствующих проходов в минных полях, расстановка мин - в основном военное назначение.

 

Кудрявцев: Либо роботы, предназначенные для каких-то специальных целей: для спецслужб, для борьбы с террористами или преступниками. 

Карюкин: Да, конечно.

 

Кудрявцев: Либо роботы, которые используются в интересах МЧС, в условиях чрезвычайных ситуаций, бедствий.

Карюкин: Да, конечно. Как показывает практика жизни в нашей стране, у нас все достижения, созданные промышленностью и наукой, к сожалению, а, может быть, к счастью, сначала направлены на решение оборонных задач, а потом уже переходят в область гражданского назначения.

На базе этих роботов можно создать роботизированные сельскохозяйственные комплексы, когда трактора, уборочная техника работают без людей, по строго определенным правилам, по программе, тем самым упрощая или сводя деятельность человека к решению некоторых механических задач, переводя человека в область более интеллектуальной работы.

Второе направление. Спутниковая навигация пока не может предсказать землетрясение, но в определенной степени может за длительное время до его наступления сообщить о том, что такая угроза есть.

 

Кудрявцев: На это способна аппаратура спутниковой навигации?

Карюкин: Да. Когда она постоянно стоит в одном и том же месте, если происходят даже миллиметровые смещения поверхности (а сейчас с использованием спутниковой навигации можно достичь таких точностей), то эти явления определяются, передаются в соответствующие центры. А там могут принять решение об оперативном оповещении населения о том, что есть предпосылки для таких угроз. Это касается и селевых сходов, и непредсказуемых лавинообразных процессов в горах.

Это можно решить. И мы работаем в этом направлении. Другое дело, что, скорее всего, такая аппаратура не появится завтра и, может быть, даже послезавтра, но уже через год-полтора такая аппаратура будет.

 

Кудрявцев: Как вы считаете, насколько российские разработки, высокие технологии в той сфере, которой вы занимаетесь, конкурентоспособны на мировом рынке? 

Карюкин: Я бы начал с того, что советские, а теперь уже российские инженеры всегда обладали изворотливостью, потому что не всегда технологические возможности нашей страны давали возможность создать высокотехнологичные изделия, решая эту задачу просто "в лоб". В тех условиях, в которых мы находились, нам все время приходилось находить оригинальные решения, которые позволяли создавать аппаратуру, не уступающую по большинству основных характеристик зарубежным образцам.

Умение найти выход из положения в любой сложной ситуации, пожалуй, на текущий день присуще только российским инженерам и во многом не присуще зарубежным. Это связано и с образованием. Не секрет, что на Западе более узко направленное образование, а у нас все-таки большинство вузов готовят позиции политехнического образования с большим кругозором. Это помогает при разработке аппаратуры найти именно те оригинальные решения, которые помогают нам выглядеть не хуже, чем зарубежные фирмы, занимающиеся работой в том же направлении, что и наши предприятия.

 

Кудрявцев: Если посмотреть на среднесрочную перспективу (5-10 лет), какие направления, какие разработки вы считаете для себя самыми перспективными? 

Карюкин: Совершенствование спутниковой аппаратуры, навигации, максимальное повышение ее помехоустойчивости. Не секрет, что ввиду слабого сигнала спутниковых систем ГЛОНАСС и GPS они довольно-таки легко давятся примитивными радиотехническими средствами. Поэтому одно из наших приоритетных направлений - создание аппаратуры с повышенным уровнем помехозащищенности.

На текущий день наши образцы, которые устанавливают на самые современные на текущий день самолеты, средства поражения, изделия ракетно-космической техники, уже обладают уровнем помехозащищенности, не уступающим по своим параметрам лучшим зарубежным образцам.

Другое дело, что эти зарубежные образцы были разработаны 2-3 года назад, а мы только сейчас приступили к этому. Но мы уже выходим на уровни, превышающие даже те образцы, которые на текущий день стоят на вооружении стран НАТО.

Источник